ГАРАНТ Интернет-версия
Войти Попробовать бесплатно
Июнь 2019
Материал подготовлен экспертами журнала «ВЕСТИ ГАРАНТА»

Оправдаются ли ожидания от процессуальной реформы?

Итоговая редакция норм законов, принятых в рамках инициированной Верховным Судом Российской Федерации процессуальной реформы, довольно существенно отличается от первоначальных предложений, вызвавших многочисленные споры в юридическом сообществе. В частности, не получили законодательного закрепления идеи об отказе от обязательного составления мотивировочной части судебных решений для значительной части гражданских, арбитражных и административных дел и о появлении новой процессуальной фигуры – поверенного (предполагалось, что они будут участвовать в делах наряду с представителями).

Тем не менее в законодательство о судебной системе и процессуальные кодексы были все же внесены существенные изменения, и реализация некоторых из них, по прогнозам юристов, может привести на практике к негативным последствиям. Посмотрим, чем обусловлены эти опасения.

Новые суды общей юрисдикции

Одним из самых значимых нововведений является создание кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции. К компетенции первых относится рассмотрение дел (в соответствии со ст. 19.1 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", далее – закон о судебной системе; ст. 23.2, ч. 4 ст. 23.6 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 г. № 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", далее – закон о СОЮ):

  • по кассационным жалобам и представлениям на вступившие в законную силу судебные акты, принятые мировыми судьями, районными судами, областными и равными им по уровню судами, а также апелляционными судами общей юрисдикции на территории соответствующего кассационного судебного округа – их, как и самих таких судов, девять (ст. 23.1 закона о СОЮ);
  • по новым и вновь открывшимся обстоятельствам в отношении вступивших в законную силу принятых самими кассационными судами общей юрисдикции судебных актов.

Компетенция апелляционных судов общей юрисдикции менее обширна – они будут рассматривать дела (ст. 19.2 закона о судебной системе, ст. 23.10, ч. 4 ст. 23.14 закона о СОЮ):

  • по апелляционным жалобам и представлениям на не вступившие в законную силу решения находящихся на территории соответствующего апелляционного судебного округа – их, напомним, пять (ст. 23.9 закона о СОЮ) – областных и равных им по уровню судов по делам, которые они рассматривали в качестве суда первой инстанции;
  • по новым и вновь открывшимся обстоятельствам в отношении вступивших в законную силу решений, вынесенных самими апелляционными судами.

Основная цель создания таких обособленных судов, как неоднократно подчеркивалось при обсуждении реформы, – распределить полномочия по проверке и пересмотру судебных актов между разными судами, исключив возможность рассмотрения одного дела одним и тем же судом в качестве нескольких инстанций. Разработчиками соответствующих поправок предполагалось, что создание новых структурно, а значит, и организационно обособленных судов вне границ административно-территориального деления страны обеспечит независимость и самостоятельность судей при рассмотрении жалоб. Юридическое сообщество в целом отмечало, что в случае успешной реализации этого нововведения повысится качество выносимых судебных решений, а для некоторой категории споров в принципе будет реализовано право на беспристрастное рассмотрение. "Все, кто вел политические или экологические дела (о мусорных полигонах и др.), знают: чтобы хоть как-то претендовать на справедливость и отстраненность суда, нужно выйти из субъекта РФ, потому что когда ты приезжаешь в регион для участия, например, в экологическом споре и видишь на каждой машине, в том числе на такси, которое тебя довозит в гостиницу, в суд, надпись "Нет заводу", именно тому, чьи интересы ты представляешь, – это очень трудная атмосфера, в том числе для судьи, который живет в этом городе и приезжает на таком же такси с такой же надписью. Это живой пример из моей практики", – пояснил данную позицию управляющий партнер адвокатского бюро "Бартолиус" Юлий Тай в рамках прошедшего 4-5 апреля Юридического форума России, организованного газетой "Ведомости".

Однако на практике реализовать принцип такой надрегиональной деятельности новых судов в полной мере не удалось. Так, например, в Москве будут находиться Второй кассационный суд общей юрисдикции и Первый апелляционный суд общей юрисдикции, к компетенции которых отнесен пересмотр решений судов определенных регионов, в том числе московских, в Санкт-Петербурге – Третий кассационный и Второй апелляционный суды общей юрисдикции, которые будут выступать вышестоящими инстанциями и для петербургских судов. В числе судов, решения которых будут пересматриваться Первым кассационным судом общей юрисдикции, расположенным в Саратове, – суды Саратовской области, а значит, и непосредственно Саратова – и такая же ситуация в каждом кассационном и апелляционном судебном округе (ч. 2 ст. 23.1, ч. 2 ст. 23.9, ч. 2.1-2.2 ст. 42 закона о СОЮ).

Мария Шувалова,
12 апреля 2019
Материал подготовлен экспертами журнала «ВЕСТИ ГАРАНТА»

Определенные опасения вызывает у юристов и формируемый штат новых судов. К настоящему времени назначены ряд заместителей председателей пяти кассационных и пяти апелляционных судов общей юрисдикции, а также судей четырех кассационных и двух апелляционных судов общей юрисдикции (Указ Президента РФ от 8 февраля 2019 г. № 40, Указ Президента РФ от 18 марта 2019 г. № 106). При этом из 18 назначенных судей Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (Кемерово) 15, как указал Юлий Тай, ранее замещали должности в судах Кемеровской области. В принципе формировать составы судов и предполагать путем перераспределения штатной численности областных и равных им судов (которые утрачивают полномочия по рассмотрению дел в кассационном порядке), но для реализации идеи "отрыва" судов от территории стоит озаботиться их наполнением судьями из разных регионов, уверены юристы. Особое внимание при этом, как представляется, следует обратить на нецелесообразность включения в штат нового суда судей, ранее занимавших должности в одном суде, и назначения председателя из того же суда, так как в этом случае будет сложнее обеспечить независимость судей, в том числе от председателя.

Стоит отметить, что независимость судей в пределах одного суда – давно обсуждаемая тема, и конкретные меры по ее обеспечению были обозначены, в частности, в предложениях по совершенствованию судебной системы РФ1, разработанных Центром стратегических разработок совместно с Институтом проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге. Некоторые из них были учтены в процессуальных поправках, которые вступят в силу 1 сентября (Федеральный закон от 29 июля 2018 г. № 243-ФЗ, Федеральный закон от 29 июля 2018 г. № 265-ФЗ). Так, с этой даты устанавливается правило об обязательном использовании автоматизированной информационной системы при формировании состава суда для рассмотрения каждого дела, вводится новая мера дисциплинарной ответственности судей – понижение в квалификационном классе, уточняются условия наложения взыскания в виде досрочного прекращения полномочий судьи, исключается обязательность согласия председателя суда с решением квалификационной коллегии судей о кандидатуре на должность судьи соответствующего суда.

С какого же момента заработают кассационные и апелляционные суды общей юрисдикции? В законе указано, что решение о дне начала их деятельности принимает Пленум ВС РФ, и официальное извещение об этом должно быть сделано не позднее 1 октября текущего года (ч. 3 ст. 7 Федерального конституционного закона от 29 июля 2018 г. № 1-ФКЗ). Учитывая, что в одном из первых указов о назначении судей этих судов закреплено, что они наделяются полномочиями с 2 сентября (п. 3 Указа Президента РФ от 18 марта 2019 г. № 106), эксперты не исключают, что именно эта дата может стать началом их реальной работы.

Нововведения в арбитражном процессе

С даты начала деятельности новых судов вступит в силу и значительное количество процессуальных поправок, предусмотренных Федеральным законом от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее – Закон № 451-ФЗ), только часть из которых обусловлена созданием апелляционных и кассационных судов общей юрисдикции. Не останавливаясь на всех, обозначим только наиболее неоднозначные, с точки зрения юристов, изменения, касающиеся арбитражного процесса.

К ним относится в первую очередь корректировка порядка разрешения заявленного судье отвода. Установлено, что вопрос об отводе судьи, рассматривающего дело единолично, разрешается самим этим судьей. А в случае, когда дело рассматривается коллегиально и отвод заявлен нескольким судьям или всему составу суда, данный вопрос разрешается всеми рассматривающими дело судьями простым большинством голосов (ч. 2-3 ст. 25 Арбитражного процессуального кодекса в редакции Закона № 451-ФЗ). Сейчас, напомним, решение по отводу принимает председатель суда, его заместитель или председатель судебного состава. Налицо очередной шаг в сторону унификации арбитражных и гражданских процессуальных норм – именно так рассматриваются заявленные судьям отводы в гражданском процессе (ч. 2 ст. 20 Гражданского процессуального кодекса). Конституционный Суд Российской Федерации, напомним, не считает такой порядок нарушающим права участвующих в деле лиц, отмечая, что он снижает вероятность затягивания рассмотрения дела путем заявления кем-либо из участников необоснованного отвода судье (Определение КС РФ от 27 сентября 2018 г. № 2390-О, Определение КС РФ от 25 октября 2016 г. № 2330-О и др.). Кроме того, по мнению Суда, не является ограничением процессуальных прав и отсутствие в соответствующей статье указания на возможность обжалования определения об отказе в удовлетворении заявления об отводе, поскольку возражения по нему могут быть включены заявлявшим отвод лицом в жалобу на принятый по итогам рассмотрения дела судебный акт (Определение КС РФ от 23 ноября 2017 г. № 2647-О, Определение КС РФ от 22 января 2014 г. № 78-О и т. д.). Однако практикующие юристы единогласно оценивают это изменение как крайне негативное. "При наличии оснований для сомнения в своей беспристрастности судья должен заявить самоотвод, не дожидаясь никаких процессуальных действий сторон. И когда этому судье, который не заявил самоотвод, заявляют отвод, говорят о том, что он не беспристрастен, вероятность удовлетворения такого заявления близка к нулю. Последующее обжалование судебного акта не гарантирует исследование вопроса о беспристрастности судьи, это в принципе не входит в предмет проверки вышестоящей инстанцией, – считает партнер международной юридической фирмы Herbert Smith Freehills Алексей Панич. – Для того чтобы отвод работал, нужно предусмотреть возможность в случае отказа в его удовлетворении обжаловать этот отказ в отдельном процессе, чтобы не затягивать основной".

Мария Шувалова,
12 апреля 2019
Материал подготовлен экспертами журнала «ВЕСТИ ГАРАНТА»

Следующее неоднозначное изменение – предоставление судье и председательствующему в судебном заседании (при коллегиальном рассмотрении дел) права определять продолжительность выступлений участвующих в деле лиц (п. 8 ч. 2 ст. 153 АПК РФ в редакции Закона № 451-ФЗ). Причем речь идет не о случаях нарушения лицом порядка в зале судебного заседания – возможность ограничения выступления в качестве соответствующей санкции закреплена отдельно (ч. 4.1-4.2 ст. 154 АПК РФ). "В совокупности с невозможностью отвода – кстати, было бы честнее вообще отменить нормы об отводе, оставив только самоотвод, получается абсолютное всесилие судьи", – подчеркнул Юлий Тай.

Еще одно спорное, по мнению юристов, положение касается увеличения срока рассмотрения дел арбитражными судами первой инстанции с трех до шести месяцев со дня поступления заявления (ч. 1 ст. 152 АПК РФ в редакции Закона № 451-ФЗ).

МНЕНИЕ

Максим Степанчук, партнер коллегии адвокатов "Делькредере":

"Вроде бы срок рассмотрения увеличен не так уж сильно, но на самом деле это большая проблема. Специфические действия в процессе перезапускают течение срока рассмотрения дела, и теперь оно будет перезапускаться не на три месяца, а на полгода. Изменили размер исковых требований – перезапустили на полгода, привлекли третье лицо – снова на полгода. Учитывая, что судья, например, Арбитражного суда г. Москвы рассматривает 221 дело в месяц, в течение полугода он должен будет держать в голове 1326 дел. Но, скорее всего, судья на эти полгода о вашем деле забудет. В арбитражных судах (по крайней мере московских) судьи назначают предварительные судебные заседания ближе к концу установленного срока, иногда – буквально за несколько дней до истечения. Теперь, получается, они будут проводиться почти через шесть месяцев с момента подачи заявления. В принципе это логично, никто по одному делу все полгода бумаги не будет читать. В иностранных юрисдикциях примерно такой же стандарт: сбор правовых заключений и т. д. осуществляется за неделю до заседания. Проблема в другом – из-за такого увеличения срока мы потеряем единственное наше преимущество – скорость судебного разбирательства. В иностранных судах дела рассматриваются по несколько лет, мы же решаем кейсы в течение года, и я клиенту даже со сложной историей могу сказать, что через год мы поставим в деле точку. Бизнес тоже отмечает быстроту рассмотрения дел в наших судах. По сроку исполнения контракта в судебном порядке (от момента предъявления претензии до момента исполнения решения) Россия сейчас на 12-м месте в рейтинге Doing Business. Прибавив 90 дней, мы опустимся примерно на 40-е.

Зачем был увеличен срок? Может быть, российские суды не успевают рассматривать дела за три месяца? Нет, по статистике Судебного департамента ВС РФ, за I полугодие 2018 года (за II статистики пока нет) за пределами срока оказались только 6% дел, по 94% суды укладываются в сроки. Может быть, нужно больше времени на рассмотрение сложных дел? По одному из самых сложных дел, которые мы с коллегами вели, – с участием крупной нефтяной компании – трех месяцев хватило. Процесс шел быстро, в принципе качественно, всем дали возможность предоставить все доказательства, всех выслушали неоднократно. Нет смысла растягивать разбирательство на годы".

Само по себе увеличение сроков рассмотрения дел к повышению качества принимаемых по ним судебных актов не приведет, уверены юристы. При этом они не исключают, что иногда подготовить и представить в суд все доказательства в течение трех месяцев может быть проблематично, так что для раскрытия доказательств – при определенной корректировке соответствующего порядка – такое изменение может быть полезным. В связи с этим предлагается подумать, в частности, о том, чтобы перенять некоторые особенности раскрытия доказательств из упрощенного производства, например об установлении судом конкретного срока для предъявления доказательств и – более длительного – для представления дополнительных документов, содержащих объяснения по существу заявленных требований и возражений. Еще одно предложение – закрепить в законе право сторон процесса требовать друг от друга предъявления доказательств, что, по мнению партнера адвокатского бюро "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры" Дениса Архипова, позволит уйти от практики искажения фактов путем представления выборочных доказательств, а также использования механизмов уголовного права для сбора доказательственной базы (по неформальным экспертным оценкам, почти треть уголовных дел по предпринимательским составам возбуждаются для того, чтобы собрать доказательства, для арбитражного процесса в том числе).

***

Как видно, процессуальная реформа имеет очень важное значение для рассмотрения дел в судах общей юрисдикции, но ее эффективность во многом будет зависеть от практической реализации, в том числе от того, насколько грамотно будут сформированы новые суды: предполагаемая их независимость может частично нивелироваться фактическим составом их штата, а недостаточная итоговая численность судей с учетом того, что кассация в кассационных судах будет не выборочной, как сейчас в областных и равных им судах, а сплошной, может прямо отразиться на качестве выносимых решений.

Затрагивающие же арбитражный процесс поправки, с одной стороны, в очередной раз показали, что унификация процессуальных норм не всегда является благом, а с другой – что не самое положительное на первый взгляд решение можно попытаться использовать для дальнейшего совершенствования процедуры рассмотрения дел.

Мария Шувалова,
12 апреля 2019
kypit-garant